?

Log in

No account? Create an account

Все интересное в искусстве и не только.


Previous Entry Share Next Entry

Прима.

95070125_Karsavina_005


Уникальная балерина, женщина, которую поклонники  называли фарфоровая кукла, впоследствии замечательный педагог -Тамара Карсавина. До нас дошло много ее фотографий, я выбрала те, которые, мне кажется, наиболее ярко передают ее индивидуальность  На этих фотах она не всегда выглядит грациозной и легкой, а ведь она была такой. Давайте сделаем скидку на время, собственно, на прошлый век, на то, что это была заря фотоискусства.

Сейчас бы девушку запечатлели  взлетающей в танце, кружащейся в свете софитов. Но тем не менее, ее шарм воспринимается сразу. В подборку я поместила несколько уникальных фотографий балерин того времени, можно сравнить и почувствовать (от обратного, глядя на ее современниц) обаяние Карсвиной.

Надо сказать, что Тамара Карсавина еще и хорошо владела словом, и оставила нам талантливо написанные воспоминания. Приведу немного выдержек. Время, эпоха там чувствуется в каждом эпизоде.

95070304_fig102


Из воспоминаний Тамары Карсавиной:
В первую очередь необходимо было выполнить формальность – подать прошение в училище. Все претенденты должны были пройти тщательный отбор, и лишь незначительное количество принималось в училище. На ночь мне закрутили волосы на бумажки, а по дороге в училище мама отвела меня к парикмахеру. Пока он приводил в порядок мои волосы, распустив их локонами сзади и сделав челку, меня охватывало все большее и большее нетерпение, я поминутно спрашивала, не пора ли идти. Когда мы приехали в училище, и я увидела швейцара в ливрее с императорскими орлами, почувствовала себя совсем маленькой и незначительной.


6c200258175et

Сначала мы стояли неподвижно, затем нам велели ходить, потом бежать. Это делалось для того, чтобы оценить наш внешний вид и решить, достаточно ли мы грациозны или же, наоборот, неуклюжи. Затем мы стояли сомкнув пятки, предоставив преподавателям возможность рассматривать наши колени. Эти предварительные испытания заняли довольно много времени, так как нас было больше тридцати. После первого же испытания многих кандидаток сочли неподходящими.


3562f032c195t


Нас снова построили в пары и на этот раз повели через длинную анфиладу классов в лазарет, чтобы подвергнуть медицинскому осмотру. Нам велели полностью раздеться и выдали полотняные халаты, облачившись в которые мы стали ждать своей очереди. Осмотр был очень тщательным. Некоторых девочек отклонили из-за слабого сердца, других – из-за легкого искривления позвоночника. Слух и зрение тоже проверили. После медицинского осмотра нас отвели в так называемый круглый зал и дали чай с бутербродами.

После завтрака преподавательница музыки велела нам пропеть гамму, чтобы проверить слух. Затем последовали экзамены по чтению, письму и арифметике. Наконец, нас снова привели в большой зал, где сидели преподаватели танца. Приняли только десять человек, в их числе и меня.
Домой мы вернулись только к шести вечера.


7070b506fef9t


Занятия начинались 1 сентября, и за оставшиеся несколько дней следовало подготовить всю мою «экипировку» – коричневое кашемировое платье для занятий в классе и серое полотняное для танцев. Отец взял меня с собой покупать школьные принадлежности.

В училище приходящие ученицы переодевались в платья для урока танцев на антресоли между первым и вторым этажом под присмотром маленькой добродушной седой старушки, похожей на мышку, и поднимались наверх, чтобы поприветствовать реверансом воспитательницу, затем направлялись в небольшой репетиционный зал. Уроки танцев проходили по утрам. Затем мы переодевались и завтракали в круглом зале. Чай давали бесплатно, а бутерброды мы должны были приносить с собой.


d592f105943et


Мы почти никогда не видели мальчиков, наших соучеников. Они жили этажом выше, и мы встречали их только на уроках бальных танцев и во время репетиций. Разговаривать с мальчиками строжайше запрещалось. Мы степенно исполняли все фигуры кадрили, лансье и менуэта, не поднимая глаз на своих партнеров. Если воспитательница замечала отступление от этого правила, нарушители получали выговор или даже подвергались наказанию. Несмотря на все эти предосторожности, легкий флирт пустил в училище глубокие корни.


f8de6f3a1c75t

«Кого вы обожаете?» – часто спрашивали меня старшие воспитанницы. Все мы должны были кого-то обожать. Две примы-балерины, Матильда Кшесинская и Ольга Преображенская, были кумирами нашего училища и разделили его на два лагеря. Преподаватели тоже иногда попадали в число достойных обожания. К сожалению, только двое из них были молоды и красивы, один из них – учитель фехтования. Остальных же, казалось, нашли в паноптикуме. Мой выбор пал на Павла Гердта.


fa573f06403ct


За весь год, пока была приходящей ученицей, я ни разу не видела жилых комнат пансионерок – только классы и танцевальные залы. Комната, где одевались младшие ученицы, называлась умывальной из-за огромной медной лохани, стоявшей на возвышении посередине, словно котел на гигантском блюдце. Утром и вечером мы собирались вокруг и умывались под краном с холодной водой.


81221694_index


Кастелянша выдала мне платье из голубой саржи старомодного покроя, с облегающим лифом и глубоким вырезом и юбкой в сборку, доходящей до щиколотки. Белая пелеринка из накрахмаленного батиста прикалывалась на спине и завязывалась на груди. Черный передник из шерсти аль-паки, белые чулки и черные легкие туфли дополняли наш костюм. По воскресеньям мы надевали белый передник в складку. Я быстро запомнила вирши, которые все мы твердили, перебирая складки передника, словно четки:
То ли быть мне знатной леди?
То ли с тощим кошельком?
То ли быть за генералом?
То ль за бедным моряком?


94266205_indexphp


Колокольчик призвал нас на ужин. Проход в столовую напоминал торжественную церемонию. Мы строились в колонну по двое в соседней комнате, и при входе в столовую воспитательница считала нас, словно стадо овец. Подобный подсчет производился перед каждым посещением столовой. Этот обычай сначала казался мне нелепым, только значительно позже узнала я причину его возникновения.


94266245_indexphp


История превратилась в легенду, которую взволнованным шепотом передавали друг другу. Я услышала ее, когда стала значительно старше, и правдивость ее подтвердила горничная Ефимия, или Фимушка, как мы ее называли. Много лет назад девушка, которую прозвали «безумной Анной», отличавшаяся необычайной красотой и безрассудным нравом, бежала из училища с офицером-конногвардейцем, с которым познакомилась дома во время каникул. На внутренней стенке своего шкафа Анна записывала день за днем историю своего романа.


94266304_indexphp


Она описала, как молодой офицер ездил взад и вперед по Театральной улице на паре гнедых, а она стояла у окна дортуара и подавала ему знаки. Это всегда происходило после полудня, когда остальные ученицы занимались в классах. Анна, будучи пепиньеркой (Пепиньерка- институтка, оставленная по окончании курса при институте для педагогической практики.), не посещала занятий и имела разрешение ходить на «другую сторону» для занятий музыкой. С помощью одной из прислужниц, после этого уволенной, Анна, переодевшись горничной и накинув на голову шаль, выскользнула через кладовую на черную лестницу, а оттуда на пустынную улицу. После этого события воспитанниц старше пятнадцати лет не отпускали домой на каникулы, разве что на три дня на Рождество и на Пасху. Когда я училась, во все окна, выходившие на улицы, были вставлены матовые стекла.


94266328_indexphp


Всех воспитанниц моложе пятнадцати лет причесывали горничные, только старшим доверяли делать это самостоятельно. Каждое утро, умывшись холодной водой, мы выстраивались в очередь у окна дортуара, где эту работу выполняли четыре горничные, каждая из них причесывала своих «клиенток». Здесь мы вели дружеские беседы и с удовольствием задерживались бы подольше, если бы не множество дел, которые нам предстояло сделать до завтрака. Мы должны были убрать постель и одеться за десять минут до колокольчика, чтобы успеть пройти осмотр. Воспитательница сидела перед дверью в столовую, а мы подходили одна за другой, делали реверанс и медленно поворачивались кругом


94266354_indexphp


Утро посвящалось урокам танца и музыки. После обеда нас выводили на прогулку, продолжительность которой зависела от того, сколько времени мы одевались. В целом на прогулку уходило пятнадцать-двадцать минут – мы ходили вокруг маленького садика во дворе. Наши зимние одеяния были чрезвычайно массивными: черные салопы, подбитые рыжей лисой, мы называли «пингвинами» из-за коротких рукавов, вшитых в районе талии, они собирались фалдами под круглым меховым воротником. Ноги согревали высокие ботики с верхом из полубархата. Фасон наших одежд принадлежал прошлому веку, но вполне соответствовал Духу нашего учебного заведения, изолированного от жизни, протекающей вне его стен. Нас, намеревавшихся посвятить себя театру, берегли от контактов с окружающей действительностью, словно от заразы.


94266386_indexphp


Дважды в неделю родителям позволяли навещать нас, родные братья тоже допускались, но ни один кузен не переступил порога приемной. Двери были открыты, и девочки, родители которых не смогли прийти, бродили по соседней комнате, бросая на счастливиц тоскливые взгляды. Принесенные нам сладости воспитательница тотчас же прятала под замок и выдавала нам каждый день понемногу после еды.
Пирожные, имбирные пряники и все, что считалось слишком питательным, было строжайше запрещено под предлогом того, что учащихся и без того хорошо кормят в школе.


94266414_indexphp

После обеда и до ужина мы были предоставлены сами себе, от нас требовалось только не слишком шуметь.Музыка, чтение, вышивание или чаще всего изготовление роз из гофрированной бумаги для украшения пасхальных куличей. Розы больше, чем настоящие, лучше, чем настоящие. Могут ли у настоящих роз быть такие вибрирующие золотистые усики или столь великолепные лакированные листья? Подобные развлечения вносили приятное разнообразие в школьные вечера.


6 декабря, в день именин государя, все три императорских театра устраивали специальные утренние представления для всех школ. Огромные самовары кипели у входа на сцену. В эти дни театры выглядели необычно: масса детей и молодежи, ложи заполнены девочками в голубых, красных, розовых форменных платьях с белыми пелеринами. Партер предназначался для мальчиков, учащихся гимназий, кадетского и морского корпусов, лицеистов; на галерке – ученики общедоступных школ. Каждый ребенок получал в подарок коробку конфет с портретом царя, царицы или царевича на крышке. В антракте в нескольких фойе подавали чай и прохладительные напитки, причем все служащие были облачены в парадные красные ливреи с императорскими орлами. Особым угощением было прохладное ароматное миндальное молоко.


a04e11e7fd85t


По возвращении в училище мы обменивались впечатлениями от увиденных спектаклей. Обычно нам предоставляли право самим выбрать, в какой театр пойти, но лишь немногие выражали желание пойти в Михайловский театр, хотя там выступала превосходная французская труппа. Если праздничный день совпадал с днями балетных спектаклей – средой или воскресеньем, – мы часто принимали в них участие. В один из таких дней нас прямо в костюмах пригласили в императорскую ложу, чтобы вручить нам конфеты. Императрица Александра Федоровна и вдовствующая императрица Мария Федоровна стояли в маленькой приемной перед царской ложей и вручали нам коробки конфет. Мы заходили по одной, делали реверанс и целовали руки обеих цариц. Рядом стоял царь.


Осенью 1901 года я получила «белое платье». Младшие воспитанницы носили коричневые платья; розовое платье служило знаком отличия, а белое – высшей наградой и перешла в старший класса Гердта. Наша группа работала в большой репетиционной комнате, связанной мостом с нашим крылом. Переход был холодным зимой, и, чтобы перейти через него, мы натягивали свои полубархатные сапожки поверх танцевальных туфель.
По традиции наш выпускной спектакль устраивался в Вербное воскресенье. Вербная неделя в целом вносила разнообразие в длительную монотонность поста; все живут в предвкушении Пасхи – самого почитаемого из всех религиозных праздников, отмечаемых на Руси.


На улицах раскинулись базары, где продавались забавные игрушки, свистульки, золотые рыбки, большие яркие розы из папиросной бумаги, восточные сладости и восковые ангелочки – только головки и крылышки. И верующие, и неверующие объединялись в общем веселье и предвкушении праздника, который несла с собой Вербная неделя.
Во время торжественной службы, проходившей в субботу вечером, одна пламенная мольба постоянно всплывала в мозгу: «Боже, помоги мне хорошо станцевать завтра»

Меня можно Добавить в друзья


Buy for 100 tokens
Buy promo for minimal price.

  • 1
enigma_zar September 4th, 2013
Карсавина на фоне остальных балерин просто красавица.

natanieln September 4th, 2013
Да она просто красавица. Очень, очень красива и красота ее в стилистике того времени. Представляю впечатление ее современников. Хорошо, что вы фото других балерин еще показали. Отбирали некрасивых?
Воспоминание интересны, хотя нейтральны абсолютно, безэмоциональны, но видно это сделано специально

life_of_mitten September 4th, 2013
Спасибо за очень интересный пост! Пойду читать про Тамару Красавину))

Кстати судя по фото остальных балерин, барышни были довольно таки упитанные.

Edited at 2013-09-04 07:08 am (UTC)

anna_sagaydak September 4th, 2013
КАРсавина, а не КРАсавина )

Всячина из френдленты.

livejournal September 4th, 2013
Пользователь akostra сослался на вашу запись в записи «Всячина из френдленты.» в контексте: [...] и выдержки из её мемуаров. Очень интересно! http://tanjand.livejournal.com/588967.html#comments [...]

anna_sagaydak September 4th, 2013
Безумно интересно было почитать. Я танцор сама и мне рассказ о поступлении и буднях ученицы балетного училища очень понравился. Спасибо, что нашли и поделились.

lennochka_vlz September 4th, 2013
спасибо, с большим интересом прочитала. Да, тоже заметила что у остальных балерин на фотографиях были по нынешним меркам совсем не бальные, коренастые, пышные или и те и другие вместе формы =)

anna_sagaydak September 4th, 2013
Кстати, я как-то смотрела фотографии начала века девушек в нижнем белье. Ну, это в панталонах, чулках, корсетах.
У всех ноги просто огромные и как будто отёчные.
Думаю, может быть, это из-за тугих корсетов нарушался отток жидкости от ног? Обратите внимание, ноги не похожи на ноги жирных бабонек, которые можно видеть сейчас на пляжах. Скорее похожи на перчатку, которую водой заполнили. Равномерно раздутые какие-то.

Edited at 2013-09-04 12:12 pm (UTC)

lennochka_vlz September 4th, 2013
все может быть. У них и образ жизни другой был - не бегали по магазинам-учреждениям и проч. не так суетились в массе =)

anna_sagaydak September 4th, 2013
Нет-нет, дело в другом.
В то время просто не было моды на селёдок ещё. А также не требовалась супер-гипер-мега растяжка, т.к. не было па, где она использовалась.
Поэтому нынешнее представление о балерине, как о высушенной девочке, у которой ноги в глубоко отрицательном шпагате не совпадает с балеринами начала века.
Их задача была - хорошо танцевать. Танцевать хорошо можно и при весе 60 кг, не только при 48 кг. При каждодневных упражнениях их мышцы вполне позволяли им выполнять всё, что необходимо. Это не сравнить с нынешними 60-65 кг, которые сидят на диване и кушают булочки.

nika_nya September 4th, 2013
У неё нет "птички" - выгнутого скошенного подъёма. Как она могла нормально танцевать на пуантах, с такими ногами, интересно.

nataly_fox7 September 4th, 2013
спасибо)

Фокин и Карсавина

lahtak September 4th, 2013

Re: Фокин и Карсавина

tanjand September 4th, 2013
Спасибо! Это замечательный снимок!

  • 1