tanjand (tanjand) wrote,
tanjand
tanjand

Categories:

Вырожденцы

                 

В самое замечательное время жизни – юности, мы уверены, что жизнь кончается после 30. Потом мы как-то достигаем этих ужасных лет, и нам приходит в голову, что нече так, можно жить и в 30, но уж к 60- полный капец. И мы начинаем жить быстрее, потому, что надо много успеть до 60, а то потом ничего не надо будет))). За это время и детки вырастут…. Нашла чудесный рассказ на эту тему, делюсь.

Да, оформила репродукциями:  первая, заглавная -
финский художник Inge Look, дальше – Мариус ванн Доккум.




Я звоню подруге, трубку берет ее дочь Аня, говорю: позови маму. — Не могу, — отвечает дитя. — Мама повезла бабушку покупать что-нибудь спортивное на ноги и джинсы на резинке. У бабушки скоро круиз.

Я просто чуть ненормативно не отреагировала на такую новость в присутствии ребенка. Потому что мама моей подруги еще совсем недавно ходила шаркающей походкой, а выгуливалась в основном до лавочки во дворе. И постоянно напоминала слабым голосом о скорой кончине. Особенно в присутствии гостей. И Ленка, которая подруга, она решила маму как-то отвлечь от этих мрачных мыслей и разговоров, с утра до ночи вгонявших всю семью в депрессию.

Еще по весне она где-то вычитала, что для старичков организуется поездка в Европу, по Парижу и окрестностям. Все учтено и предусмотрено. Погрузка-разгрузка-передвижение. Плюс медицинские работники рядом и дополнительная рабсила, которая, если надо, не только сумки поднесет, но и самих бабушек.

Мама, надо отдать должное, довольно долго упиралась, потому что ей было понятно, зачем ее хотят сплавить в город Париж на десять дней. Раз скорая кончина, то пусть уж подальше от дома, да? ведь так?

Но потом она — так уж и быть — дала себя уговорить, тем более что ее товарка, подруга по рецептам и диагнозам, тоже выразила желание отметиться в городе грез.

А вдвоем помирать гораздо веселей. Ну, в общем, собрали девушек — одной семьдесят пять, другой на два годка побольше, напутствовали вести себя хорошо и не поддаваться соблазнам, доставили до аэропорта, а там сдали с рук на руки боевой команде, которая увозила укомплектованных пенсионерок развлекаться в Европу.



                                   


Поездка оказалась замечательной, мама ежедневно звонила домой по врученному ей мобильному телефону и оживленно, примерно по часу, отчитывалась о завтраках-обедах-ужинах и экскурсиях по памятным местам.
Однако небольшая проблемка все же образовалась. Маму настиг в поездке запор. Ну, это в общем объяснимо: пожилой человек, новое место, гостиничная еда и проч. Организм отозвался. Советоваться на эту тему с группой поддержки ей показалось не слишком удобным. Поэтому она просто решила заглянуть в аптеку напротив, да и купить там клизму.

Аптека оказалась хоть и маленькая, но по-парижски суперсовременная. Там продавались, скляночки, баночки, кремы, какие-то малопонятные медицинские приборы, частично по системе «сам бери». Ну, в общем, все, как и должно быть в таком учреждении.


Заходит, значит, туда мама и начинает водить глазами по полкам, ища нужный предмет. А не найдя, трижды по кругу обходит аптеку, останавливаясь и ощупывая те или иные приспособления, которые хоть как-то напоминают клизму.

Правда, они довольно непривычной и даже, как бы это сказать, фантастической формы. Ну так ведь Париж! Цивилизация! А в это время продавец, точнее, фармацевт, или как их там в аптеках называют, с неподдельным удивлением смотрит на старушкины манипуляции. И, пытаясь быть полезным, спрашивает, мол, что я могу для вас сделать, мадам? Парле ву франсе? Ду ю спик инглиш? Шпрехен зи дойч?

А мама на всех языках мира говорить, конечно, умеет. Но немного. По-французски она знает «бонжур». По-английски уже выучила «хай» и «бай». А по-немецки даже может сказать целую фразу: «Гитлер капут». Но все это не совсем по теме.

Поэтому она начинает жестами объяснять, чего ей надо. Хлопает себя сзади, а потом руками показывает, чтоб ей принесли вот такое круглое и продолговатое. У продавца, в смысле фармацевта, вываливаются глаза и полуоткрывается рот.

Он уже смотрит на бабушку с некоторым страхом, в котором тем не менее угадывается почтение. В конце концов выясняется, что наша мама говорит по-русски. Этот малый ей тоже жестами показывает, мол, никуда не двигаться, он сейчас вернется — одна нога здесь, другая там.



                                         


Вылетает из заведения и действительно через пару минут возвращается с пожилым человеком а-ля комиссар Мегрэ в исполнении Жана Габена. Да еще в клетчатом берете с помпоном. И с трубкой в руке. И говорит по-русски!
Дядька оказался не то потомок какого-то российского княжеского рода, не то осколок белой гвардии. Он ежеутренне выпивал свой кофе с булочкой и читал газету в кафе напротив.
Там его продавец по-соседски и свинтил.

Короче говоря, выяснилось, что заведение с медицинским уклоном — небольшой секс-шоп. Этот, похожий на аптекаря, возбужденно обрисовал картину. Мадам, видимо, ищет что-то особенное. Вот только он никак не может врубиться, что же именно.

Потомок предводителя дворянства как раз должен был в это мутное дело внести ясность.

Когда до мамы наконец дошло, где она находится, она, как ни странно, не вскричала: ах, боже мой, какой ужас! Не закрыла пылающее лицо обеими руками. И не вылетела стремглав из постыдной лавки.

Напротив, с нескрываемым интересом поинтересовалась у потомка генерала Деникина, а что это такое? И вот это? И это тоже? Кое про что не знал и сам переводчик. И тогда «фармацевт» устроил им небольшую экскурсию и ликбез.

После чего мама с великолепным презрением сказала своему новому знакомцу:

— Вырожденцы. Ничего уже не могут сами. А вот мы запросто могли и то, и се, и, между нами, это тоже. Причем безо всяких дурацких штучек и дрючек, не правда ли?
— Истинная правда, мадам, — восхищенно согласился внучатый племянник генерала Шкуро.

В общем, из поездки по Европе мама привезла не только новые впечатления, но и нового друга. Они переписывались, перезванивались все это время. А теперь вот решили махнуть вместе не то на Багамы, не то на Карибы. Не суть.

— Нет, подумай только, какой кошмар, — жалуется мне по телефону Ленка.
— Звонят те дети, ну, из Парижа, с претензиями, на то, что мама ведет себя легкомысленно. Что их папаша слишком стар для таких поездок и приключений.

А я им в ответ выговариваю, чтобы следили за собственным дедом. Это он маму подбивает на всякие глупости. Вообще, бред какой-то, скажи. Что стар, что мал — ветер в голове...

А пока дети собачатся и назначают виновных по разврату, эти двое пакуют чемоданы, покупают спортивное на ноги и джинсы на резинке. У них впереди круиз!
ЕВГЕНИЯ ЛЕЩИНСКАЯ


                                         



Tags: рассказы
Subscribe

Recent Posts from This Journal

Buy for 100 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 27 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →